Оглавление книги

03. Эра духовного мрака - «Великая борьба»

Aудиозапись

После того как сатана увидел, что, несмотря на преследования, истинные христиане все решительнее держались своей веры, он изменил свою тактику, неприметным образом ввел в церковь языческие обычаи и сделал христианскую церковь светской. При этом для него было важно забрать у людей Библию, чтобы помочь лжеучениям (они приведены в тексте этой главы) занять ее место.

-----------------------------------------------

Апостол Павел во Втором послании к Фессалоникийцам предсказал величайшее отступление, результатом которого должно быть учреждение папского господства. Он объявил, что день Христов не придет, «доколе не придет прежде отступление и не откроется человек греха, сын погибели, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или святынею, так что в храме Божием сядет он, как Бог, выдавая себя за Бога» (2 Фессалоникийцам 2:3-4). И помимо всего апостол предостерег своих братьев, что «тайна беззакония уже в действии» (2 Фессалоникийцам 2:7). Даже в ту раннюю эпоху он видел, как в церковь вкрадываются заблуждения, подготавливающие путь для становления папства.

Мало-помалу, сначала тихо и неприметно, а затем более открыто, по мере того как получала силу и контроль над умами людей, «тайна беззакония» преуспевала в своей богохульной работе обмана. Почти незаметно языческие традиции нашли дорогу в христианскую церковь. Духу компромисса и приспособления какое-то время служили преградой свирепые гонения, которые претерпевала церковь под властью язычества. Но как только преследования прекратились и христианство было допущено во дворы и в резиденции царей, сразу же скромная простота Христа и его апостолов оказалась отброшенной в сторону ради пышности и тщеславия языческих жрецов и властелинов; и место требований Бога заняли человеческие теории и традиции. Мнимое обращение Константина в первой половине четвертого века вызвало великую радость, и влияние мира под маской благочестия проникло в церковь. Теперь разрушительная работа быстро прогрессировала. Язычество, хотя и производило впечатление побежденного, вышло победителем. Его дух стал контролировать церковь. Его доктрины, церемонии и предрассудки вошли в веру и в богослужение объявивших себя последователями Христа.

В результате этого компромисса между язычеством и христианством сформировался «человек греха», предсказанный в пророчестве как противостоящий Богу и превозносящийся над Ним. Эта гигантская система лжерелигии является достижением сатанинского владычества, монументом его стараний воссесть на троне, чтобы управлять Землей по собственной воле.

Сатана как-то попытался заключить сделку с Христом. Он приступил к Сыну Божьему в пустыне искушения и, открыв Ему великолепие всех царств мира и их славу, сказал, что отдаст все это в Его руки, если Он признает превосходство князя тьмы. Христос обличил дерзкого искусителя и принудил его уйти. Однако, искушая подобным образом человека, сатана имеет больше успеха. Ради мирской прибыли и почестей, церковь склонилась к тому, чтобы искать благоволения и опеки у великих людей этого мира, и, отрекаясь тем самым от Христа, она была подведена к признанию власти ставленника сатаны – епископа Рима.

Одна из ведущих доктрин католицизма гласит, что папа – это видимый глава вселенской церкви Христа, облеченный верховной властью над епископами и священниками во всех частях мира. И даже больше этого, папа был наделен именем Самого Бога. Он титулован как «Господь Бог Папа» и объявлен непогрешимым. Он претендует на почитание со стороны всех людей. Таким образом, то же самое требование, на котором настаивал сатана в пустыне искушения, предъявляется им через церковь Рима, и огромное множество людей готово уступить ему.

Но те, кто боится и почитает Бога, противостоят этому наглому высокомерию в отношении Неба так, как Христос противостоял обольщениям коварного врага: «Господу Богу твоему поклоняйся и Ему одному служи» (Ев. Луки 4:8). Господь никогда не давал в Своем Слове даже намека на то, что Он определил какому-либо человеку быть главой церкви. Эта доктрина о превосходстве папы напрямую противоречит учению Писаний. Папа может иметь власть над церковью Христа, только узурпировав ее.

Католики настойчиво выдвигают против протестантов обвинение в ереси и самовольном отделении от истинной церкви. Но эти обвинения, скорее всего, касаются их самих. Именно они сложили знамя Христа и отошли от веры, «однажды переданной святым» (Иуды 3).

Сатана отлично понимал, что Священное Писание даст людям способность распознавать его обманы и сопротивляться его власти. Даже Спаситель мира Словом противостоял его атакам. При каждом нападении Христос использовал щит вечной истины, говоря: «Написано». Каждому предложению неприятеля Он противопоставлял мудрость и силу Слова. Поэтому для удержания власти над людьми и установления господства папы-узурпатора сатана должен держать их в невежестве относительно Писаний. Библия же превозносит Бога и показывает ограниченным людям их реальное состояние; поэтому ее священные истины должны быть утаены и замолчаны. Эта логика была принята римской церковью. Сотни лет было запрещено распространение Библии. Народу не разрешали ее читать или иметь в своих домах, а беспринципные священники и прелаты истолковывали ее учения для подкрепления своих притязаний. Так папа стал почти общепризнанным наместником Божьим на Земле, которому дана власть над церковью и государством.

Удалив средство по обнаружению заблуждения, сатана стал действовать по своей воле. Пророчество провозглашало, что папство «возмечтает отменить... праздничные времена и закон» (Даниил 7:25). И в попытке сделать это оно не заставило себя долго ждать. Чтобы предоставить обращенным из язычества замену служения идолам и тем самым способствовать их номинальному принятию христианства, в христианское служение мало-помалу ввели почитание изображений и реликвий. Декрет Вселенского собора в конечном итоге утвердил эту систему идолопоклонства. Чтобы завершить такую богохульную работу, Рим осмелился убрать из Божьего закона вторую заповедь, запрещающую поклонение образам, и разделить десятую с целью сохранения числа заповедей.

Дух уступок по отношению к язычеству открыл дорогу для последующего отвержения авторитета Неба. Сатана, производя работу через непосвященных руководителей церкви, затронул и четвертую заповедь в попытках упразднить древнюю субботу – день, который Бог благословил и освятил (Бытие 2:2-3), – и, вместо нее, возвеличить праздник, соблюдаемый язычниками как «достопочтенный день солнца». Это изменение не было вначале сделано открыто. В первые века все христиане придерживались истинной субботы. Они ревниво оберегали честь Бога и, веря в неизменность Его закона, усердно охраняли святость Его заповедей. Но лукавый с огромной хитростью действовал через своих слуг, чтобы осуществить свои намерения. Для того чтобы внимание людей было приковано к воскресенью, был учрежден праздник в честь воскресения Христа. В этот день проводили богослужения, однако, несмотря на то что его рассматривали как день отдыха, суббота все еще свято соблюдалась.

С целью подготовки пути для работы, которую сатана наметил совершить, он склонил иудеев перед пришествием Христа обременить субботу наиболее жесткими требованиями, делая ее соблюдение обузой. Теперь, извлекая выгоду из этого ложного света, в котором он таким образом побудил их рассматривать субботу, он бросил на нее тень презрения, назвав иудейским постановлением. Пока христиане большей частью соблюдали воскресенье как радостный праздник, он подводил их к тому, чтобы, показывая свою ненависть к иудаизму, сделать субботу постом – днем печали и уныния.

В начале четвертого века император Константин издал декрет, объявляющий воскресенье общественным праздником по всей Римской империи. День солнца соблюдался языческими подданными и чествовался христианами; целью политики императора было объединение конфликтующих друг с другом интересов язычества и христианства. Его убедили сделать это епископы церкви, которые, вдохновленные честолюбивыми стремлениями и жаждой власти, осознавали, что если один и тот же день будет соблюдаться язычниками и христианами, то это создаст благоприятные условия для номинального принятия христианства язычниками и тем самым увеличит власть и славу церкви. Однако, несмотря на то что многие богобоязненные христиане были постепенно подведены к тому, чтобы рассматривать воскресенье как день, обладающий определенной долей святости, они все еще придерживались субботы как святого установления Господа и соблюдали ее, повинуясь четвертой заповеди.

Архиобманщик не завершил на этом свою деятельность. Он был полон решимости объединить всех христиан под своими знаменами и править через своего наместника – высокомерного понтифика, который провозгласил себя представителем Христа. И через полуобращенных язычников, тщеславных священников и любящих мир служителей он добился своего. Периодически созывались вселенские соборы, на которых собирались высшие духовные чины всех стран мира. Почти на каждом соборе суббота, которую учредил Бог, немного принижалась, в то время как воскресенье соответственно возвеличивалось. Таким образом, языческий день поклонения стал окончательно почитаться как божественное установление, тогда как библейскую субботу провозгласили анахронизмом иудаизма, а соблюдающие ее были объявлены проклятыми.

Великий отступник успешно вознес себя «выше всего, называемого Богом или святынею» (2 Фессалоникийцам 2:4). Он посмел изменить ту заповедь Божественного закона, которая лишь одна единственная надежно свидетельствует всему человечеству об истинном и живом Боге. В четвертой заповеди Бог явлен как Создатель Неба и Земли и тем самым обособлен от всех лжебогов. Памятником Его творческой работы стало то, что седьмой день был освящен Им для человека как день покоя. Он предназначен для того, чтобы живой Бог всегда был в умах людей как Источник существования и объект почитания и служения. Сатана жаждет того, чтобы отвратить людей от приверженности Богу и от повиновения Его закону; именно по этой причине он и направляет свои усилия особенно против той заповеди, которая указывает на Бога как на Создателя.

Протестанты заявляют сейчас, что, воскреснув в воскресенье, Христос сделал его христианской субботой. (Согласно Библии седьмой день недели – это суббота (см. Исход 20:10). Первый день недели начинается после субботы. На русском языке этот день назвали воскресеньем, однако на многих других языках он носит свое историческое название в честь бога солнца, например, sunday (англ.), Sonntag (нем.)... Среда – четвертый день недели – находится как раз посредине семидневной недели – прим. изд.) Но об этом не существует свидетельства Писаний. Ни Христос, ни апостолы не воздавали почести этому дню. Соблюдение воскресенья как христианского установления берет свое начало в той «тайне беззакония» (2 Фессалоникийцам 2:7), которая была приведена в действие уже во времена Павла. Когда и где Господь усыновил это чадо папства? Какое веское обоснование может быть дано изменению, которое не одобряется Священным Писанием?

В шестом веке папство прочно заняло свои позиции. Местом резиденции этой власти был избран центр империи, а епископ Рима был объявлен руководителем всей церкви. Язычество сменилось папством. Дракон отдал зверю «силу свою и престол свой и великую власть» (Откровение 13:2). И теперь начались 1260 лет папского угнетения, предреченного в пророчествах книг Даниила и Откровения (Даниила 7:25; Откровение 13:5-7). Христиан вынудили выбирать: либо пойти на уступки и принять папские церемонии и обряды, либо коротать свои дни в подземелье, умирать от пыток, на костре или от топора палача. Ныне сбылись слова Иисуса: «Преданы также будете и родителями и братьями, и родственниками и друзьями, и некоторых из вас умертвят; и будете ненавидимы всеми за имя Мое» (Ев. Луки 21:16-17). Гонения обрушились на верных христиан с небывалой яростью, и мир стал огромным полем сражения. Сотни лет церковь Христа укрывалась в отдаленных и малоизвестных местах. Пророк сказал так: «Жена убежала в пустыню, где приготовлено было для нее место от Бога, чтобы питали ее там тысячу двести шестьдесят дней» (Откровение 12:6).

Восхождение римской церкви к власти ознаменовало собой начало мрачного средневековья. С возрастанием ее господства тьма становилась все непрогляднее. Взор веры был переведен со Христа, истинного Фундамента, на римского папу. Вместо того чтобы обращаться к Сыну Божьему за прощением грехов и вечным спасением, люди смотрели на папу и на священников и прелатов, которых папа наделил полномочиями. Народ был наставлен в том, что папа является его земным ходатаем и что никто, кроме него, не может приблизиться к Богу, и, даже более того, он является для них заместителем Бога, следовательно, они должны без раздумий повиноваться ему. Неподчинение его требованиям было достаточным поводом, чтобы подвергнуть тела и души нарушителей самым жестоким карам. Так мысли людей были отвращены от Бога и направлены к падшим, ошибающимся и жестокосердным людям, мало того, к самому князю тьмы, который властвовал через них. Грех замаскировали одеждами святости. Когда Священное Писание утаивается, а человек начинает рассматривать себя в качестве бога, тогда не приходится ожидать ничего, кроме жульничества, обмана и разлагающего беззакония. С возвеличиванием человеческих обычаев и преданий проявилась порочность, которая всегда бывает результатом пренебрежения Божьим законом.

В те дни Христовой церкви угрожала опасность. Верных последователей истины в действительности было совсем немного. Несмотря на то что истина не оставалась без свидетелей, все же временами казалось, что заблуждение и суеверие полностью превозмогают, а истинная религия стерта с лица Земли. Евангелие было потеряно из вида, но религиозные церемонии все увеличивались в числе, и люди находились под гнетом суровых требований.

Всех наставляли не только надеяться на папу как на своего заступника, но и верить в то, что собственные заслуги искупают грехи. Долгие паломничества, церковные наказания, налагаемые духовниками, поклонение мощам, возведение церквей, часовен, алтарей, жертвование больших сумм денег церкви – эти и многие подобные действия были предписаны, чтобы унять ярость Божью или обеспечить Его благосклонность; словно Бог похож на людей, которые раздражаются по мелочам, и будто Его можно умилостивить приношениями или актами наказания!

Несмотря на то что порок господствовал даже в среде высших чинов римской церкви, ее влияние было неуклонно возрастающим. Приблизительно в конце восьмого века паписты сделали заявление, что в первые столетия епископы Рима обладали той же духовной властью в церкви, какую они обрели в настоящее время. Чтобы доказать это утверждение, нужно было каким-то способом придать ему видимость авторитетного высказывания, и это охотно предложил им отец всякой лжи. Древние писания были подделаны монахами. Были найдены неслыханные ранее постановления соборов, будто бы провозгласившие господство папы с ранних дней. И церковь, которая отвернулась от истины, с жадностью приняла эту ложь.

Те немногие, кто верно строил на фундаменте истины (см. 1 Коринфянам 3:10-11), были сбиты с толку и попали в затруднительное положение, когда вся работа была завалена мусором ложных доктрин. Как и строители Иерусалимской стены во времена Неемии, кое-кто из них уже собирался сказать: «Ослабела сила у носильщиков, а мусору много, мы не в состоянии строить стену» (Неемия 4:10). Изнуренные непрекращающейся борьбой с преследованиями, обманом, нечестием и всякими другими препятствиями, возводимыми сатаной, чтобы помешать их продвижению, некоторые из верных строителей потеряли мужество и оставили истинное основание ради покоя и безопасности своей собственности и жизни. Другие же, не устрашенные противниками, смело заявляли: «Не бойтесь их; помните Господа великого и страшного» (Неемия 4:14), и они продолжали производить эту работу; «каждый из строивших препоясан был мечем по чреслам своим» (Неемия 4:18 – прим. ред., см. Ефесянам 6:17).

Тот же самый дух ненависти и оппозиции истине воодушевлял врагов Бога в каждом поколении, и те же самые бодрствование и верность ожидались от рабов Божьих. Слова Христа, предназначенные первым апостолам, актуальны и для Его учеников перед концом времени: «А что вам говорю, говорю всем: бодрствуйте» (Ев. Марка 13:37).

Мрак уплотнялся. Почитание образов становилось все более распространенным. Перед ними зажигались свечи и возносились молитвы. Преобладали самые абсурдные и суеверные традиции. Разум людей настолько контролировался суеверием, что, казалось, рассудительность совершенно исчезла. Поскольку священники и епископы сами были любителями удовольствий, чувственны и испорчены, то и от людей, которые видели в них своих наставников, нельзя было ожидать ничего, кроме невежества и порока.

Папство предприняло другой шаг, чтобы возвеличить себя, когда в одиннадцатом веке папа Григорий VII провозгласил, что римская церковь непогрешима. Среди предложенных им тезисов был один, который объявлял, что в соответствии с Писаниями церковь никогда не ошибалась и никогда не будет ошибаться. Но это притязание не было подтверждено Словом Божьим. Гордый понтифик к тому же претендовал на власть смещать императоров и провозгласил, что никто не может отменять его постановлений, в то время как он имеет право лишать силы любые решения всех остальных.

Поразительной иллюстрацией деспотичного нрава этого поборника непогрешимости является его обращение с императором Германии Генрихом IV. Этот правитель был предан анафеме и лишен трона из-за того, что позволил себе не посчитаться с авторитетом папы. Боясь одиночества и угроз со стороны своих князей, восставших против него и подстрекаемых папским приказом, Генрих осознал, что ему необходимо наладить мирные отношения с Римом. Со своей супругой и верным слугой он в середине зимы перебрался через Альпы, чтобы таким образом показать свою покорность папе. По прибытии в замок, куда удалился Григорий, его одного проводили во внешний двор, где при суровом зимнем холоде босиком, в худом одеянии и с обнаженной головой он дожидался папского разрешения на то, чтобы войти в его присутствие. И только по прошествии трех дней его поста и раскаяния понтифик снизошел до того, чтобы даровать ему прощение. Но даже тогда оно было дано при условии, что император будет дожидаться санкции папы, перед тем как вновь обретет свои знаки отличия или будет осуществлять свою императорскую власть. И Григорий VII, приведенный в восторг своим триумфом, похвалялся, что его обязанностью является сбивать спесь монархов.

Какая огромная разница между властной гордостью надменного понтифика и кротостью и смирением Христа, Который стоит у дверей сердца грешника и просит разрешения войти, чтобы принести прощение и покой, и Который учил Своих апостолов: «Кто хочет между вами быть первым, да будет вам рабом» (Ев. Матфея 20:27).

Следующие века свидетельствовали о постоянном увеличении заблуждений в доктринах, выдвигаемых Римом. Еще даже до установления папства учения языческих философов уже приковывали к себе внимание людей и воздействовали на церковь. Многие, кто заявлял о своем обращении, все еще оставались верными догматам языческой философии и не только сами не оставляли ее изучения, но и заставляли других делать это, чтобы усилить свое воздействие на язычников. Таким путем серьезные ереси вошли в христианскую церковь. Основной среди них была вера в естественное бессмертие человека и его сознательное состояние после смерти. Эта доктрина заложила фундамент, на котором Рим установил посредничество святых и почитание девы Марии. Отсюда также вышло лжеучение о вечных муках нераскаявшихся грешников, которое рано было включено в католическое вероисповедание.

Этим был приготовлен путь для введения еще одного языческого изобретения, которое Рим назвал чистилищем и использовал, чтобы устрашать доверчивые и суеверные массы. В соответствии с этой ересью, проповедуется существование места мучений, в котором души тех, кто не заслужил вечного проклятия, несут наказание за свои грехи и из которого, избавившись от своей нечистоты, они допускаются на Небо.

И все же еще одна выдумка требовалась Риму, чтобы наживаться на страхах и пороках своей паствы. Это было осуществлено с помощью доктрины об индульгенциях. Полное отпущение грехов – прошлых, настоящих и будущих – и освобождение от всех страданий и наказаний были обещаны тем, кто будет участвовать в войнах понтифика, ведомых с целью распространения его влияния, наказания его врагов или тех, кто дерзнет отвергать его духовное превосходство. Людям также внушали, что, отдав деньги церкви, они смогут получить прощение своих грехов, а также освободить души своих умерших друзей, находящихся в огне мучений. С помощью этих мер Рим наполнял свои сокровищницы и поддерживал великолепие, роскошь и пороки претендующих быть представителями Того, Кому негде было преклонить голову (см. Ев. Луки 9:58 – прим. ред.).

Указания Священного Писания относительно Вечери Господней были вытеснены идолопоклонническим жертвоприношением мессы. Папские священнослужители симулировали то, что с помощью их бессмысленного бормотания простой хлеб и вино превращаются в настоящее «тело и кровь Христа» (Cardinal Wiseman, The Real Presence of the Body and Blood of Our Lord Jesus Christ in the Blessed Eucharist, Proved From Scripture, lec.8, sec.З, par.26). С богохульным высокомерием они открыто приписывали себе власть Бога-Творца, Создателя всего. От каждого христианина под страхом смерти требовалось исповедать свою веру в эту ужасную, оскорбительную для Неба ересь. Великое множество отказавшихся подчиниться этому погибло в пламени костра.

В XIII веке был создан один из наиболее ужасных инструментов папства – инквизиция. Князь тьмы действовал вместе с вождями папской иерархии. На их секретных советах сатана и его ангелы руководили умами злых людей, а посреди них стоял незримый ангел Божий, делая записи об их чудовищных декретах и составляя историю их дел, столь страшных для человеческих глаз. «Вавилон великий» был «упоен... кровию святых» (Откровение 17:5-6). Обезображенные тела миллионов мучеников вопияли к Богу о возмездии этой богоотступнической власти.

Папство превратилось во всемирного тирана. Короли и императоры покорялись указам римского понтифика. Судьбы людей на этой Земле, а также их вечная участь, казалось, были под его контролем. В продолжение сотен лет доктрины Рима принимались широко и безоговорочно, его ритуалы исполнялись с трепетом, праздники соблюдались повсеместно. Его служителей почитали и оказывали им щедрую материальную поддержку. Никогда еще римская церковь не добивалась больших, чем в те дни, почестей, великолепия и славы.

Однако «полдень папства являлся полночью мира» (J. A. Wylie, The History of Protestantism, т.1, гл.4). Священного Писания почти никто не знал: ни простые люди, ни священнослужители. Как и фарисеи прошлого, папские лидеры ненавидели свет, который выявлял их грехи. Удалив закон Божий, стандарт праведности, они беспредельно властвовали, погрязая в пороках. Господствовали мошенничество, алчность и распутство. Люди не отказывались ни от какого преступления, если только таким путем могли достичь богатства и положения. Дворцы пап и прелатов стали местами самой низкой распущенности. Некоторые из находящихся у власти понтификов были повинны в таких отвратительных злодеяниях, что светские правители старались низлагать этих сановников церкви, как самых мерзких выродков, которых уже невозможно было больше терпеть. В течение веков в Европе не наблюдалось никакого прогресса в научной сфере, искусстве или культуре. Христианство было парализовано нравственно и духовно.

Обстановка в мире при римском господстве являлась ужасным и удивительным осуществлением слов пророка Осии: «Истреблен будет народ Мой за недостаток ведения: так как ты отверг ведение, то и Я отвергну тебя... как ты забыл закон Бога твоего, то и Я забуду детей твоих». «Нет ни истины, ни милосердия, ни Богопознания на земле. Клятва и обман, убийство и воровство и прелюбодейство крайне распространились, и кровопролитие следует за кровопролитием» (Осия 4:6,1-3). Таковы были результаты отказа от Божьего Слова.


Оглавление книги

Заказать бесплатно

Видео

Над облаками - Derrol Sawyer

День за днем - Fountainview академия

космический конфликт - Дуг Бэтчелор

...Больше видео

Перевод книги